Фамилия Ловцов — наглядный пример того, как одно слово могло обозначать и профессию, и характер, и социальный статус. В её основе лежит древнерусское слово «лов» — охота, а образована она от прозвища, которое давали человеку по его роду занятий или личным качествам.

Здесь возможны два основных пути происхождения, и оба правдоподобны. Первый — от прозвища Ловчий. Так на Руси называли человека, который ведал псовой охотой, часто княжеского слугу. Ловчий был важной фигурой при дворе: он отвечал за подготовку собак, организацию ловли и саму охоту. Эта должность известна по древним грамотам и даже встречается в литературе, например у Пушкина в «Русалке». Потомок такого Ловчего получал фамилию Ловцов.

Второй вариант — от прозвища Ловец. Здесь круг занятий шире. Ловцами называли не только охотников, но и рыбаков, особенно на Белом и Каспийском морях, где слово «ловец» означало владельца рыболовной лодки. Но прозвище могло закрепиться и за человеком ловким, проворным, расторопным — или, напротив, хитрым. В народе «ловец» часто звучало как характеристика умельца, который умеет добиться своего.

Модель образования фамилии типична для русского севера и центральных областей: суффикс -ов указывает на принадлежность («чей?» — сын Ловца). В документах фамилия фиксируется с XIX века. Например, в Книге памяти Новгородской области записан Ловцов Афанасий Аксенович, родившийся в 1877 году в деревне Новая Русса. А в Книге памяти Тамбовской области — Ловцов Георгий Михайлович, 1890 года рождения, с хутора Ловцов в Тамбовском районе. Само существование хутора с таким названием говорит о том, что фамилия была распространена в этих местах настолько, что дала имя целому поселению.

Таким образом, Ловцов — фамилия с прозрачной этимологией, но с богатым подтекстом. Она могла принадлежать и княжескому охотничьему слуге, и рыболову-промысловику, и просто человеку, которого в округе ценили за сноровку.