Фамилия Лучинин — это типичный пример русской фамилии, образованной от прозвища, а не от крестильного имени. В основе лежит слово «лучина» — тонкая длинная щепка, которую в старину использовали для освещения избы (её вставляли в специальный светец) и для растопки печи. Однако область применения лучины была шире: штукатуры подбивали ею трещины, а лодочники — лощили деревянные детали.

Прозвище Лучина могли дать по разным причинам. Самая прямая — внешность: так называли очень худого, «щепетильного» человека. Но не менее вероятно, что прозвище закрепилось за ремесленником — тем, кто торговал лучиной, заготавливал её или даже рыбачил с её помощью (лучить рыбу означало бить её острогой при свете лучины). В народе о лучине сложено немало поговорок: «Придет кручина, как нет ни дров, ни лучины» или «Лучина с верою, чем не свеча?».

Существует и другая версия — связь фамилии с именем Лука (от латинского «светоносный»). Она менее убедительна, потому что суффикс -ин в фамилии Лучинин естественнее объясняется от основы «Лучина», а от имени Лука ожидалась бы форма Лукин или Лукичев. Прозвищная модель образования здесь первична.

Фамилия Лучинин — нечастая. Она фиксируется в разных регионах, но точное место и время её возникновения определить сложно: процесс становления русских фамилий был долгим и растянулся на несколько столетий. Ясно одно: по своей словообразовательной модели (основа на -а + суффикс -ин) она типична для северных и центральных областей России, где такие фамилии активно формировались в XV–XVII веках.