Фамилия Луговский — классический пример того, как географический объект становится семейным именем. В основе лежит слово «луг»: луг — это не просто поле, а пастбище, сенокосное угодье, равнина с мелкотравьем. Фамилию дали не «лугу» как таковому, а человеку, который был с этим лугом связан: либо жил на лугу, либо владел им, либо пас там скот. Модель образования простая: сначала возникло прозвище Луговой (человек с луга), а уже от него — фамилия Луговский с типичным для польской и западнорусской традиции суффиксом -ский, который изначально указывал на принадлежность к месту или роду.

В документах XVI–XVII веков встречаются прямые предшественники этой фамилии. С. Б. Веселовский в своих ономастических работах упоминает крестьянина Лугового Ивана Семенова (1608 год, Нижний Новгород) и Луговского Томилу Иудича Нежданова (1602 год, Новгород). Оба случая показывают, что фамилия бытовала в северных и центральных русских землях раньше, чем закрепилась окончательно. Причем форма «Луговской» (с двойным «с») и «Луговский» — это варианты одного корня, разница лишь в адаптации суффикса под местные говоры.

Важно понимать: фамилия Луговский не обязательно дворянская. Суффикс -ский в массовом сознании часто ассоциируется с польской шляхтой или русскими княжескими родами, но в реальности его носили и крестьяне, и мещане. В данном случае прозвище Луговой было распространено среди простых людей — пастухов, крестьян, владельцев покосов. Потомок такого Лугового и становился Луговским.

Сравните с однокоренными фамилиями: Луговой, Луговцев, Луговкин, Луговиков. Все они образованы от той же основы, но разными суффиксами. Луговский выделяется тем, что суффикс -ский здесь не просто уменьшительный или патронимический, а указывает на более формальную, «поселенческую» связь: человек из местности, называемой Луг или Луга. В некоторых случаях фамилия могла закрепиться за выходцами из конкретных сел с названием Луговое или Луговка — таких в России и Беларуси десятки.

Географически фамилия Луговский встречается чаще всего на западе России, в Беларуси и на Украине, что объясняется историческим влиянием польской ономастической традиции. Но корень остается общеславянским, и носитель фамилии может с равной вероятностью оказаться потомком новгородского крестьянина или волынского шляхтича.