Фамилия Лункан — редкая и неоднозначная по происхождению. В русском ономастиконе её нет, и это первый сигнал: перед нами, скорее всего, не исконно русская фамилия, а заимствованная или искусственная. Чтобы понять её корни, нужно отбросить привычную модель «основа + суффикс -ов/-ин» и посмотреть на неё как на транслитерированное иноязычное имя или прозвище.

Самый очевидный путь — шотландская или ирландская фамилия Лункан (Lunkan), которая является вариантом распространённой фамилии Линдси (Lindsay) или, что правдоподобнее, гэльского имени Лонгкан (Longcan), означающего «маленький корабль» или «лодочник». В таком случае предок носителя был моряком, рыбаком или судовладельцем. Однако в русской среде такая фамилия могла появиться только через контакт с иностранцами — например, через обрусевших шотландцев на русской службе в XVII–XIX веках.

Вторая версия, менее вероятная, но допустимая для южных регионов бывшего СССР, — тюркское происхождение. В тюркских языках есть корень «лун» (луна) с уменьшительным суффиксом «-кан». Тогда Лункан — «лунненький», «светлый», ласкательное прозвище для ребёнка со светлыми волосами или просто нежное обращение. Эта гипотеза слабее, так как в тюркских фамилиях чаще встречается суффикс -ов/-ев, а Лункан — чистая основа без русского патронимического окончания.

Третий вариант — искусственное происхождение. В советское время при смене паспортов или выдаче новых документов людям могли записать фамилию по созвучию с редким именем или прозвищем, которое уже никто не помнил. Лункан могло возникнуть из искажённого Лукьянов (через Лукян → Лункан) или из прозвища Лунь (хищная птица) с добавлением суффикса -ан, характерного для украинских и белорусских фамилий (Лунькан → Лункан). Такие переосмысления особенно часты на стыке русских и украинских говоров.

Географически фамилия Лункан сегодня встречается единично — в основном на юге России, в Краснодарском крае, и в Молдове, что косвенно подтверждает версию о тюркском или украинском следе. Однозначного ответа на вопрос «кем были предки» нет: это могли быть и обрусевшие шотландцы, и носители тюркского прозвища, и люди, чью фамилию записали на слух при советской паспортизации. Сама по себе фамилия — хороший пример того, как редкое имя может хранить сразу несколько историй, ни одна из которых не доказывается документально.