Происхождение
Фамилия Лущёва
Фамилия Лущёва — женская форма от Лущёв, и её происхождение связано не с одним, а с двумя разными корнями, которые могли дать одинаковую основу. Первый и самый очевидный вариант — от слова «лущить». В старину так называли не только шелушение семечек или стручков, но и более грубую работу: обдирать кору, чистить рыбу, снимать верхний слой с древесины. Прозвище Лущ или Луща могли дать человеку, занятому таким ремеслом — например, лущильщику лыка для лаптей или тому, кто обрабатывал рыбу на промысле. Второй вариант — от глагола «лускать» в значении «щелкать, лопаться», откуда пошло слово «луск» (треск, хруст). В этом случае прозвище могло закрепиться за говорливым, шумным человеком или за тем, кто громко щёлкал семечки (это занятие было настолько распространено, что порождало целые фамильные гнёзда).
Суффикс -ев- указывает на типичную русскую модель образования от прозвищ на мягкий согласный или шипящий: Лущ → Лущев → Лущёв (под ударением «ё»). Форма Лущёва — притяжательное прилагательное, отвечавшее на вопрос «чьих будете?»: жена или дочь Луща, а позже — закрепившаяся фамилия.
География фамилии Лущёв (и Лущёва) довольно узкая. Основные очаги — южные и центральные области России: Ростовская, Волгоградская, Воронежская области, а также Краснодарский край. Это косвенно подтверждает связь с ремеслом: в южных регионах было развито рыболовство и обработка лыка для плетения. Встречается фамилия и на Урале, но значительно реже.
В словарях русских фамилий (например, у Б. Унбегауна) прямая статья на «Лущёв» отсутствует, но модель разобрана на примере однокоренных: Лущик, Лущилин, Лущай. Все они восходят к тем же основам. Спор между «лущителем» и «лускателем» разрешается в пользу первого: прозвища по ремеслу в русской антропонимии встречаются чаще, чем по звукоподражательным признакам.
Таким образом, предок носительницы фамилии Лущёва был, скорее всего, человеком, занятым обработкой — лущил кору, чистил рыбу или обдирал зерно. Фамилия не дворянская и не купеческая, а крестьянская или посадская, что типично для прозвищ, перешедших в наследственные именования к XVII–XVIII векам.