Фамилия Лузьянины — редкий пример, где в одной основе столкнулись сразу три возможных источника: крестильное имя, диалектное слово и географическое название. Разобраться, какой из них настоящий, можно только через призму словообразования и быта.

Вероятнее всего, в основе фамилии лежит именование Лузьяня — обиходная форма канонического имени Лукьян (латинское Lucianus, «сын Луки», где Лука — «светоносный»). Такое стяжение (Лукьян → Лузьян) характерно для северных и сибирских говоров, где «к» перед мягкими согласными могло переходить в «з»: Лукьян звучало как Лузьян. Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — Лузьянин, то есть сын или потомок Лузьяни.

Однако фамилия могла возникнуть и без связи с именем. В словаре В. И. Даля зафиксировано слово «лузан» — род короткой безрукавной одежды из войлока, сукна или холста, которую лесники, зыряне и ломовые извозчики надевали поверх всей одежды для защиты от холода и мокроты. Человека, который шил, носил или торговал такими лузанами, в народе могли прозвать Лузьяня. Фамилия от такого прозвища — Лузьянины — значит «принадлежащие к роду Лузьяни».

Третья версия — топонимическая. В Кировской области есть город Луза. Выходца оттуда в других местах могли называть Лузьяней (по модели: «ты откуда?» — «с Лузы»), а его детей — Лузьяниными. Такая модель образования фамилий от названий городов и рек (с суффиксом -ин) встречается нечасто, но для северных и вятских земель вполне типична.

Точное время появления фамилии Лузьянины не установлено, но её окончание -ин указывает на формирование в среде крестьян и посадских людей не позднее XVII–XVIII веков. В дворянской среде такие фамилии почти не встречались.

Таким образом, Лузьянины — это фамилия, которая может хранить память либо о предке по имени Лукьян, либо о мастере, шившем рабочую одежду, либо о переселенце с реки Луза. Какая из версий верна для конкретной семьи — без генеалогического исследования не определить, но все три ведут в одну сторону: на Русский Север или Вятку.