Фамилия Лыгин — одна из тех, где за простотой звучания скрывается сразу несколько возможных историй. В основе лежит прозвище Лыга, а вот что оно означало — вопрос открытый.

Самая прямая версия связывает Лыгу с глаголом «лыгать», то есть «лгать». В этом случае прозвище получал либо отъявленный обманщик, либо, что вероятнее, человек, любивший приврать для красного словца — балагур и рассказчик небылиц. В народе таких не слишком осуждали: «Ври да помни!», «Ложь ложью погоняет», «Небылице короткий век» — пословицы скорее снисходительные, чем грозные. Прозвище могло закрепиться за шутником, чьи истории все знали, но слушали с удовольствием.

Вторая версия уводит нас в другую сторону — к украинскому глаголу «лигати». У него два совершенно разных значения: «надевать бечевку на рога корове» и «жадно пить или есть». Первое указывает на занятие скотоводством или торговлю скотом: Лыгой могли прозвать пастуха или гуртовщика. Второе — на человека с отменным аппетитом, любителя сытно поесть. Какая из трактовок верна для конкретной семьи, теперь не установить, но обе вполне жизненны.

Суффикс -ин в фамилии Лыгин — классический русский патронимический формант, указывающий на принадлежность: «сын Лыги». Такая модель была особенно распространена в северных и центральных областях России.

Фамилия не слишком частая, но известность ей принес конкретный человек — Константин Константинович Лыгин (1854–1932), российский архитектор, работавший в Сибири. Его постройки в Томске и других городах региона — добротная, основательная архитектура, лишенная вычурности. Возможно, в этой основательности и проявился характер человека, чьи предки когда-то получили прозвище за нечто совсем иное.