Фамилия Люшня — редкий пример, когда прозвище перешло в фамилию без изменений, не обрастая типичными суффиксами вроде -ов или -ин. В основе лежит слово «люшня», которое в словаре Владимира Даля описано как деталь воловьей телеги: «упорка дугой, надетая проухом на конец оси и продетая верхним концом в веночек». Проще говоря, это деревянная распорка, скреплявшая ось с кузовом арбы или воза.

Такая фамилия могла закрепиться за человеком по двум сценариям. Первый — ремесленный: предок был тележным мастером, который делал люшни или целиком собирал телеги. Второй — бытовой: прозвище Люшня могли дать извозчику, работавшему на воловьей упряжке, или человеку, чья внешность или походка напоминали эту громоздкую деталь.

Интересно, что фамилия сохранила архаичную форму без суффикса — такие «чистые» прозвища в русской ономастике встречаются реже, чем патронимы на -ов/-ев. Это указывает на то, что прозвище было устойчивым и, возможно, закрепилось в среде, где не было строгой традиции добавлять окончания: у казаков, крестьян или в западнорусских землях.

Поскольку «люшня» — слово из южнорусских и украинских говоров (связанных с волом, а не с лошадью), географически фамилия скорее всего происходит из регионов, где использовали воловьи упряжки: Черноземье, Кубань, Украина. Точных данных о распространённости фамилии нет — она остаётся редкой, что типично для прозвищ, не ставших массовыми.