Фамилия Макодин — редкая, с запутанной этимологией, и её разбор требует аккуратности, чтобы не притянуть ложные корни. Сразу отбросим версию о связи с «макадамией» или экзотическими орехами: это позднее заимствование, к русским фамилиям отношения не имеет. Основная сложность — в основе «Макод-», которая не встречается в церковных святцах и не является очевидным прозвищем.

Словообразовательная модель здесь прозрачна: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?»). В русской традиции такие фамилии обычно образовывались от личных имён или прозвищ, оканчивающихся на -а/-я: Макода → сын Макоды → Макодин. Значит, ключ к фамилии — в прозвище Макода.

Самая правдоподобная версия связывает это прозвище с украинским или южнорусским диалектным словом «макода» — так в некоторых говорах называли маковую соломку, стебель мака, или даже само маковое семя. Прозвище могли дать либо крестьянину, который сеял мак или торговал им, либо человеку с мелкими, «маковыми» чертами лица (например, рябому или с россыпью веснушек). В пользу этой гипотезы говорит и география: фамилия Макодин встречается в основном в Курской, Белгородской и Воронежской областях — как раз на стыке великорусских и малороссийских говоров, где мак был традиционной культурой.

Менее убедительна, но возможна версия от тюркского имени Макуд (арабского происхождения, означает «желанный, долгожданный»). В таком случае фамилия прошла бы через стадию Макудин — с последующим изменением «у» на «о» под влиянием акающих говоров (Макудин → Макодин). Однако это лишь гипотеза, не подкреплённая массовыми записями.

Таким образом, с высокой долей вероятности предок носителя фамилии Макодин — житель южнорусских чернозёмных губерний, чьё прозвище было связано с маком: либо по роду занятий (огородник, торговец), либо по внешней примете. Фамилия осталась редкой и не разошлась широко, что типично для прозвищ, привязанных к конкретному диалекту и местности.