Фамилия Мандроновы — один из тех случаев, когда за, казалось бы, простой русской фамильной формой на -ов скрывается украинский след. В основе лежит не имя, а прозвище Мандрон, и его значение, скорее всего, связано с дорогой. Первая и самая прямая версия отсылает к глаголу «мандрувати» — «странствовать», «идти», «путешествовать». В украинском языке это слово не книжное, а живое: мандрівником называли бродягу, путника, человека без постоянного крова. В таком случае прозвище давали либо тому, кто много ходил по делам, либо тому, кто вёл кочевой образ жизни.

Но есть и профессиональный оттенок. Мандроном могли прозвать извозчика — человека, чья работа была постоянным движением. В этом смысле прозвище перекликается с целым пластом русских фамилий, образованных от названий занятий, и указывает на род деятельности предка точнее, чем на черту характера.

Третья версия уводит в сторону от дороги — к языку. В украинском языке есть фразеологизм «плести мандрони» — «говорить чепуху, молоть вздор». Если прозвище пошло оттуда, то Мандроном называли болтуна, пустомелю. Эта гипотеза менее вероятна, чем первая: прозвища по профессии и образу жизни в крестьянской среде встречались чаще, чем прозвища по пустой болтовне.

Сама фамилия построена по стандартной русской модели: к основе Мандрон- добавился суффикс принадлежности -ов. Это значит, что фамилию носили как отчество: «чей?» — Мандронов, то есть сын, внук или потомок Мандрона. По сословному составу фамилия скорее всего крестьянская или мещанская — такие прозвища редко закреплялись в дворянских родах.

Точное место возникновения фамилии не установлено, но по корню и географии бытования украинских слов можно предположить южнорусские или малороссийские губернии — территории современной Украины, Белгородскую, Курскую, Воронежскую области. В любом случае, фамилия Мандроновы — живой памятник не столько письменности, сколько устной народной традиции, где одним словом могли назвать и бродягу, и извозчика, и пустомелю.