Фамилия Манидин — один из ярких примеров того, как в русской ономастике «прячется» целая история, если присмотреться к суффиксу. Она образована по модели «-ин», что указывает на принадлежность: Манида → сын Маниды, то есть «Манидин» буквально значит «чей?» — «Манидин человек», потомок Маниды. Но вот с самим именем или прозвищем Манида не всё так однозначно, и это как раз тот случай, когда за простой формой стоит несколько возможных корней.

Самая прямая и распространённая версия — происхождение от канонического крестильного имени Емельян (в просторечии — Емеля, Омеля). В некоторых говорах форма Манида могла возникнуть как стяжённый вариант от Еманида или Аманида, где начальный гласный «отпал», а «м» могло сменить «е» под влиянием диалектного произношения. Окончание «-ида» в этом случае — не суффикс, а часть основы, что для народной речи не редкость (сравните с фамилией Манилов, которая, по одной из версий, восходит к тому же Емельяну через форму Манило). Таким образом, предок носителя фамилии Манидин мог быть крещён как Емельян, а в быту его звали Манидой.

Вторая, не менее правдоподобная гипотеза, отсылает нас к прозвищам, связанным с манерой поведения. В русских говорах слово «манить» означало «звать, привлекать, обманывать обещаниями». Отсюда «манила» — тот, кто манит, завлекает, возможно, хитрец или льстец. Форма Манида могла быть ласкательным или просторечным вариантом такого прозвища. В этом случае фамилия Манидин — отчество от прозвища, данного за характер: «Манида» — человек, который умеет завлечь или поманить. Словарь русских фамилий (например, работы Б. Унбегауна) фиксирует подобные модели, где основа «мани-» даёт целое гнездо фамилий: Манилов, Манихин, Маничев.

Интересно, что фамилия Манидин не слишком распространена и имеет ярко выраженную региональную привязку. Большинство её носителей — выходцы из центральных и северных областей России, особенно из бывших Вологодской, Архангельской и Костромской губерний. Именно там диалектные формы имён и прозвищ дольше всего сохранялись в документах, и «окающее» произношение могло легко превратить Емельяна в Маниду. Встречается также вариант написания с одной «н» — Манидин, что не меняет сути, но лишний раз подтверждает народное, не книжное происхождение фамилии.

Сословная принадлежность предков Манидиных, скорее всего, была крестьянской или мещанской. Фамилии на «-ин» — одни из самых массовых в России, и Манидин не исключение. В переписных книгах XVII–XVIII веков можно найти крестьян с таким прозвищем, но достоверных исторических личностей с этой фамилией, которые бы вошли в энциклопедии, пока не зафиксировано. Это обычная, живая фамилия, которая рассказывает о предке не через громкие титулы, а через имя или характер — что, возможно, даже ценнее.