Фамилия Мателе — редкий пример, где труднее всего угадать основу. На слух она звучит как литовская или латышская, и это предположение ближе всего к истине. В балтийских языках слово matelis (уменьшительное от matas) означает «мерка», «мера», а в переносном смысле — «человек, который всё отмеряет», то есть либо торговец, либо скупой хозяин. Однако есть и другая, более прозрачная версия: в украинских и южнорусских говорах «матель» или «мателый» — диалектное обозначение крупного, рослого человека, иногда с оттенком «здоровяк». Если так, то фамилия Мателе могла закрепиться за кем-то видным, рослым, возможно, за старшим в роду.

Главная загадка — окончание. Фамилии на -е почти не свойственны русской модели (разве что в форме родительного падежа, как у поляков), зато обычны для литовских и латышских фамилий в мужском роде. В Литве фамилия Matelis (читается как «Матялис») встречается нередко, а при переходе в русскую среду могла потерять окончание -ис и превратиться в Мателе. Такой сценарий типичен для западных регионов Беларуси и Смоленщины, где веками жили балтские народы. То есть носитель фамилии Мателе — почти наверняка потомок литовца или латыша, чью фамилию русифицировали, оставив лишь основу.

Суффикса -ов или -ин здесь нет, что указывает на относительно позднюю фиксацию фамилии в документах: её не переделывали под великорусский стандарт, а записали почти как слышали. Это характерно для XIX века, когда крестьянам западных губерний давали фамилии по прозвищу, не добавляя типовых окончаний. Слово «мателе» могло быть и прозвищем приезжего человека из Литвы — «литвин Мателе», где вторая часть уже не имя, а указание на происхождение.

В любом случае, фамилия Мателе — не случайное искажение, а живой след культурного пограничья: балтский корень, западнорусская запись и редкая модель без суффикса. Встречается она преимущественно в Беларуси, на юго-востоке Латвии и среди потомков переселенцев в Сибири.