Фамилия Матисонс звучит непривычно для русского уха, и это не случайно: её корни, скорее всего, уходят в языки Прибалтики или Западной Европы. Самая правдоподобная версия связывает её с эстонским словом mati — «матовый». Если так, то прозвище Матис мог получить человек с тусклым, неблестящим цветом лица или волос, либо же мастер, работавший с матовыми поверхностями. Впрочем, есть и другие гипотезы. Например, литовское matyti переводится как «видеть» или «виднеться» — тогда в основе фамилии лежит наблюдение за внешностью или характером предка. Менее очевидный, но любопытный вариант — каталонское matis, то есть «оттенок» или «нюанс».

Что интересно: все эти слова, несмотря на разное происхождение, сходятся в одном смысловом поле — зрительного восприятия, света и цвета. Поэтому можно осторожно предположить, что основатель рода Матисонс имел отношение к живописи или ремеслу, где важен глаз: мог быть художником, красильщиком или мастером по отделке. Однако это лишь гипотеза, красивая, но не доказанная.

Сама форма фамилии — с конечным «-с» — типична для латышской традиции, где так оформлялись многие фамилии от личных имён и прозвищ. Впрочем, в эстонской среде такое окончание тоже встречается, особенно в письменных фиксациях XIX века. Формально фамилия выглядит как патроним, то есть «сын Матиса», хотя исходное имя Матис — это вариант имени Матвей, распространённый у балтийских народов.

Процесс формирования фамилий в Прибалтике был долгим и завершился в основном к началу XX века, поэтому точно сказать, где и когда появился первый Матисонс, без генеалогических изысканий нельзя. Ясно лишь, что фамилия редкая и несёт на себе отпечаток той культурной среды, где пересекались эстонские, латышские и немецкие влияния. Если ваши предки носили её, стоит искать следы в метрических книгах Лифляндской или Курляндской губерний — там такие фамилии встречались чаще всего.