Фамилия Мерзенин звучит настолько выразительно, что интуитивно хочется связать её с прилагательным «мёрзлый» или глаголом «мёрзнуть». Интуиция не подводит, но прямой путь от слова «мёрзлый» к фамилии — не единственный и не самый очевидный. В основе фамилии лежит прозвище Мерзеня. В русских говорах «мерзеня» — это не просто зябкий человек, а скорее брезгливый, привередливый, тот, кто морщится от неудовольствия или «мерзится» (испытывает отвращение). Слово происходит от древнерусского «мьрзѣти» — вызывать омерзение, быть противным. Таким образом, прозвище могло закрепиться за человеком с капризным характером или за тем, кто сам был неприятен окружающим.

Словообразовательная модель проста и прозрачна: к основе «Мерзен-» добавлен патронимический суффикс «-ин», указывающий на принадлежность. Мерзенин — буквально «сын Мерзени». Эта модель типична для северных и центральных областей России, где фамилии на «-ин» образовывались от слов мужского рода, оканчивающихся на «-а» или «-я». Интересно, что параллельно существует фамилия Мерзляков, образованная от того же корня, но с другим суффиксом и отчётливым значением «зябнущий». Мерзенин же стоит особняком: его семантика тоньше и связана не с холодом, а с эмоциональной реакцией.

В дореволюционных переписях фамилия встречается спорадически, без привязки к одному сословию. Её носители — крестьяне, мещане, изредка купцы — разбросаны по разным губерниям, что говорит о невысокой распространённости. В советское время фамилия не исчезла, но осталась редкой. Сегодня Мерзенины живут в основном в центральной России и Поволжье, причём заметная часть — в Нижегородской и Кировской областях, что косвенно подтверждает севернорусские корни модели на «-ин».