Фамилия Мирошенков — хороший пример того, как из полной формы имени образовали фамилию с помощью сложного суффикса. В её основе лежит каноническое мужское имя Мирон (от греческого «миро» — благовонное масло). Но если бы фамилию просто сделали от имени Мирон, она звучала бы как Миронов. Здесь же работает другая модель.

Ключ к разгадке — суффикс -енк(ов). В украинской, белорусской и южнорусской традиции суффикс -енко указывал на «сына» или «потомка»: Мирошенко означало «Миронов сын» или «маленький Мирон». Когда такие фамилии попадали в официальные документы центральной России, их часто русифицировали, добавляя окончание -ов. Так Мирошенко превращался в Мирошенкова. То есть Мирошенков — это «внук» или «потомок» Мирона, чей отец уже носил отчество или прозвище Мирошенко.

Встречается и более прозаичное объяснение, хотя и менее вероятное. В некоторых говорах «мирошником» называли мельника, а «мирошенок» — это его сын или помощник. Но для фамилии Мирошенков такая версия слаба: переход «ш» в «шен» в этом слове нехарактерен, и основная масса носителей тяготеет к регионам, где имя Мирон было распространено.

Географически фамилия чаще всего встречается на юге России — в Курской, Белгородской, Воронежской областях, а также на востоке Украины. Это те земли, где активно смешивались великорусские и малороссийские фамильные модели. Сословного барьера у фамилии не было: её могли носить и крестьяне, и мещане, и казаки — в казачьей среде такие «полуотчества» на -енко были особенно популярны.

Таким образом, Мирошенков — это не просто «сын Мирона», а «сын того, кого уже звали Мирошенко». Фамилия застыла в той форме, когда украинский суффикс «прижился» в русском делопроизводстве, получив стандартное окончание. Носитель этой фамилии может с равной вероятностью вести род от крестьянина, названного в честь святого Мирона, или от казака, чьего предка прозвали «малым Мироном».