Фамилия Митричко отвечает на вопрос «чей ты будешь?» — и делает это через редкий для русских фамилий суффикс -ичко. Такая модель встречается в основном на украинских и белорусских землях, где отчество на -ичко/-енко закрепилось как семейное прозвание. Если проще: Митричко — это «Митрин сын», «потомок Митря».

Само имя Митря — народная, разговорная форма, и здесь возможны две линии. Первая ведет к крестильному имени Митрофан, что в переводе с греческого значит «слава матери» или «найденный матерью». Вторая — к каноническому Дмитрию, имя которого связано с Деметрой, богиней плодородия, и переводится как «принадлежащий Деметре». Обе версии имеют право на жизнь: в народной среде сокращали оба имени до созвучного Митря, и различить, от какого именно полного имени пошел конкретный род, уже невозможно.

Суффикс -ичко — это уменьшительно-патронимическая форма, родственная более привычным -ович/-евич. Если бы фамилия формировалась в великорусских землях, мы бы скорее увидели Митрин или Митров. А вот -ичко выдает юго-западное происхождение: подобные фамилии типичны для Поднепровья, Слобожанщины и прилегающих территорий, где украинская ономастическая традиция смешивалась с русской.

Интересно, что фамилия Митричко сохранила архаичную форму отчества — ту, что когда-то указывала на прямого предка по мужской линии. В современном виде она застыла, как снимок: человек, носивший её впервые, был сыном некоего Митря. Никакого отдельного прозвища или ремесла за ней не стоит — только имя отца, что типично для массы крестьянских фамилий, возникших после отмены крепостного права, когда бывшим крепостным массово присваивали фамилии по отцу или деду.

Сведений о сословной принадлежности конкретных носителей фамилии нет, но по модели образования можно предположить, что предки были крестьянами или мещанами — дворянские роды чаще фиксировали полные формы имен. Встречаемость фамилии сегодня невысокая, она остается локальной, что тоже говорит о её позднем и «низовом» происхождении.

Так что если ваша фамилия Митричко — вы носите память о конкретном человеке по имени Митря, жившем, скорее всего, в XIX веке на юго-западе Российской империи. Кем он был — землепашцем, мастеровым или казаком, — сказать трудно, но само имя выдаёт простую, не книжную среду, где детей звали не по святцам, а по-домашнему.