Фамилия Монго настолько редкая и неочевидная, что сразу вызывает вопрос: это местная русская фамилия или иноязычное заимствование? Ответ, скорее всего, двойной, и обе версии заслуживают внимания.

Самая вероятная версия для носителей из России — прозвищное происхождение от слова «монго». В русских говорах так называли неуклюжего, неповоротливого человека, увальня. Слово это звукоподражательное, связанное с «могучий», «мощный», но в народе приобрело ироничный оттенок: «монго» — это не столько силач, сколько тяжелый на подъем, медлительный. Суффикс в фамилии отсутствует, что типично для прозвищ, перешедших в фамилии без изменений (как Сорока, Шило, Горшок). В этом случае предок получил уличное прозвище Монго, которое и закрепилось за его потомками.

Однако есть и экзотическая версия, связанная с бурятским или монгольским языком. «Монго» — это искаженное «монгол». В приграничных регионах, в Забайкалье и Восточной Сибири, русские могли так называть выходца из монгольских племен. Фамилия могла возникнуть как этноним, указывающий на национальность основателя рода. В этом случае она стоит в одном ряду с фамилиями Татарин, Немец, Чуваш, но с той разницей, что «Монго» — это не полное название народа, а разговорное, сокращенное.

В пользу версии об этнониме говорит и то, что фамилия Монго встречается у бурят, калмыков и народов, исторически связанных с кочевым миром. Там она могла быть не прозвищем, а частью родового имени или титула. В русской же среде, особенно в центральных областях, фамилия Монго — большая редкость, и почти наверняка имеет корнем прозвище, а не монгольские корни.

Модель образования проста: фамилия бессуффиксная, то есть застывшая форма прозвища или имени. Она не склоняется по правилам русских фамилий на -ов/-ев. По сословной принадлежности носители могли быть кем угодно: от крестьянина, которого дразнили за медлительность, до служилого человека, получившего прозвище за связь с восточными землями.