Происхождение
Фамилия Моршневы
Фамилия Моршнев — один из тех случаев, когда за привычным на слух окончанием скрывается неожиданно многозначная история. В её основе лежит прозвище Моршень, а вот что именно оно означало — зависит от того, в каких краях его дали.
Самое распространённое толкование отсылает к «моршеню» — женскому головному убору, разновидности кокошника. Такой убор был закруглённым, без острого края, а сзади собирался в пышные сборы — отсюда и название. Если предки носителя фамилии жили там, где такое слово было в ходу, прозвище Моршень почти наверняка принадлежало мастеру, который эти головные уборы шил или продавал. Ремесленное прозвище легко закреплялось за человеком и переходило к его детям уже как фамильное имя.
Но в некоторых говорах слово «моршень» имело совсем иное значение — так называли примитивную обувь, сшитую из одного-двух кусков кожи. В таком случае прозвище получал сапожник или кожевник, делавший подобную простую, но нужную в хозяйстве обувь. Обе версии правдоподобны, и обе указывают на одно: предок Моршневых был не праздным человеком, а владел конкретным ремеслом. Какая из трактовок верна для конкретной семьи — сказать сложно, это зависело от географии и местных традиций. Впрочем, для ономастики это обычное дело: одно и то же слово в разных регионах могло жить своей жизнью.
Сама модель образования фамилии — через суффикс -ев — классическая для русской антропонимии. Так образовывались «фамилии-притяжательности»: Моршнев значит «сын Моршня» или «человек из рода Моршня». Суффикс -ев, а не -ов, подсказывает, что в основе лежало слово, оканчивавшееся на мягкий согласный или на -ь, что как раз соответствует форме «моршень».
Точное время и место возникновения фамилии Моршнев установить сейчас уже невозможно: процесс становления русских фамилий растянулся на столетия, и крестьянские прозвища закреплялись в документах неравномерно. Ясно одно — фамилия эта исконно славянская, рождённая живой народной речью, а не книжной традицией. Она сохранила для нас слова, которые сегодня почти вышли из обихода, и в этом её ценность как памятника языка и культуры.