Фамилия Мошкирев — яркий пример того, как русская фамилия может быть образована от прозвища, данного по внешности или поведению. В её основе лежит слово «мошка» — мелкое двукрылое насекомое, которое в переносном смысле могли применить к человеку маленького роста, суетливому, назойливому или просто очень подвижному. Прозвище Мошкарь (или Мошкар) было вполне естественным в крестьянской среде, где людей часто «награждали» именами по аналогии с животными, птицами или насекомыми.

Словообразовательная модель здесь не самая частая, но и не уникальная. Суффикс -ев указывает на принадлежность: Мошкирев — это буквально «сын Мошкаря». Обратите внимание: в основе не «Мошка», а именно «Мошкарь» (или «Мошкар»), что подтверждается сохранением буквы «р» в корне. Если бы фамилия пошла напрямую от «Мошки», мы бы имели форму Мошкин. А суффикс -арь в прозвище мог означать человека, имеющего дело с мошкой (например, жившего в болотистой местности, где много гнуса) или же просто обладающего соответствующими чертами.

Вероятнее всего, фамилия сформировалась в северных или центральных регионах России, где слово «мошка» было в ходу для обозначения гнуса, а в говорах могло иметь и дополнительные значения. В некоторых диалектах «мошкарой» называли не только насекомых, но и мелкую рыбешку или даже бранно — суетливого, мелкого человека. Второе значение делает версию с прозвищем ещё более правдоподобной.

В ономастических справочниках фамилия Мошкирев не относится к числу широко распространённых дворянских или купеческих родов. Скорее всего, её носили крестьяне или посадские люди, получившие фамилию при переписях населения в XVIII–XIX веках. Сравните с однокоренными: Мошкин (от «Мошка») и Мошков (от «Мошок» — кошель, мешочек). Мошкирев стоит особняком именно благодаря редкому суффиксу -арь, который в русских фамилиях встречается заметно реже, чем -ак, -ун или -ан.

Таким образом, если вы носите фамилию Мошкирев, ваш предок, скорее всего, получил прозвище за внешнее сходство с мошкой или за беспокойный, «кусачий» нрав. Это не героическая и не аристократическая история, а живая деталь быта и народной наблюдательности, которую язык сохранил в фамилии.