Фамилия Мыцын — редкая и по-своему «неудобная» для этимолога. В ней нет очевидной географической привязки, а корень на слух кажется то ли иноязычным, то ли диалектным. Однако словообразовательная модель подсказывает верный путь: суффикс -ын указывает на принадлежность, а основа — на прозвище или имя, оканчивающееся на -а/-я. То есть Мыцын — это «чей?» — сын или потомок Мыцы.

Самое правдоподобное объяснение: Мыца — это разговорная или диалектная форма канонического имени Дмитрий. В русской народной традиции имя Дмитрий сокращали до Митя, откуда возникли уменьшительные формы Митька, Митюха, Митуня. В некоторых говорах «т» перед «я» смягчалось до «ць»: отсюда Миця, а затем и Мыця (под влиянием «ы» после твёрдого согласного). Так Дмитрий превращался в Мыцу, а его потомки получали фамилию Мыцын. Схожая модель работает с фамилиями Мицын, Митин, Дмитриев — все они восходят к одному имени.

Вторая версия, менее вероятная, но заслуживающая упоминания: прозвище Мыца могло быть связано с глаголом «мыкать» (мыкаться, скитаться) или «мычать». В северных и сибирских говорах «мыца» иногда называли человека нерасторопного или того, кто постоянно «мычется» без дела. Однако эта гипотеза слабее: суффикс -ын чаще образует патронимы от личных имён, чем от прозвищ с таким корнем.

С точки зрения географии, фамилия Мыцын встречается в основном в центральных и южных областях России (Тамбовская, Воронежская, Ростовская области), а также среди казачества. Это косвенно подтверждает связь с именем Дмитрий — популярным у православных и особенно у донских казаков. Сословно носители фамилии, скорее всего, были крестьянами или однодворцами: фамилии на -ын в этой среде встречаются чаще, чем у дворянства.

В написании фамилии возможна путаница: в старых документах встречаются варианты Мыцин, Мицын, Мыцын. Но именно форма с «ы» и «ц» — самая устойчивая, и её стоит считать исходной.