Фамилия Налета — редкий случай, когда прозвище перешло в фамилию почти без изменений, без типичных суффиксов -ов, -ин или -ский. Она застыла в форме родительного или именительного падежа, что сразу указывает на её украинское или белорусское происхождение. В русской традиции такие «голые» фамилии — редкость, а в восточнославянской ономастике они встречаются чаще, особенно на землях бывшего Великого княжества Литовского.

Корень здесь — глагол «налетать» или существительное «налёт». Самая прямая версия: предка прозвали Налётой за стремительность, внезапность, нахрапистость. Так могли назвать лихого наездника, участника конного набега или просто человека, который появлялся резко и шумно. Прозвище могло закрепиться за казаком, который славился быстрыми рейдами, или за крестьянином, известным своей порывистостью и напором.

Вторая, менее очевидная версия, отсылает к диалектному значению. В некоторых говорах «налёт» — это тонкий слой, плёнка, например, налёт на воде или на зубах. В этом случае прозвище Налёта мог получить человек с бледной кожей, с «налётом» на лице, либо тот, кто занимался снятием налёта (например, в пчеловодстве или при обработке металлов). Но эта гипотеза слабее: прозвища по действию и характеру встречаются гораздо чаще, чем по бытовым мелочам.

Интересно, что фамилия не склоняется по падежам: «Иван Налета», «у Петра Налеты». Это типично для украинских фамилий на -а, которые не обросли суффиксом принадлежности. Встречаются варианты написания с буквой «ё» — Налёта, но в документах чаще фиксируется через «е». В метрических книгах XIX века такая фамилия попадается в основном в чернозёмных губерниях и на Левобережной Украине, что косвенно подтверждает связь с казачьей средой.

Однокоренных фамилий немного: Налётов, Налёткин, Налётный. Налета стоит особняком — она сохранила первоначальную прозвищную форму, не подчинившись стандартной модели крестьянских фамилий. Это говорит о том, что носитель прозвища был заметной фигурой в своей общине: прозвище приклеилось намертво и перешло детям без изменений.