Фамилия Нарейкин — редкий случай, когда прозвище или имя, лёгшее в основу, почти наверняка связано с мордовским (эрзянским) языком, а не с привычным славянским корнем. Модель образования здесь типичная для русского Севера и Поволжья: суффикс принадлежности -ин указывает на то, что предка звали Нарейка. Но вот откуда взялось это имя?

Версия, которую поддерживает большинство ономастов (в частности, работы, опирающиеся на финно-угорский субстрат), выводит основу от мордовского слова «нарей» или «наре». В эрзянском языке это значит «губа» или «губастый». Прозвище Нарейка могли дать человеку с заметными, пухлыми губами. Такие прозвища по внешним чертам — самые древние и естественные в крестьянской среде. Вторая, менее вероятная версия — от глагола «нарекать» (называть, давать имя), то есть Нарейка мог быть наречённым, названым сыном. Но для этого случая больше подошла бы форма «Нарекин» с корнем «нарек-», а не «нарей-».

Географически фамилия Нарейкин плотно привязана к территории расселения мордвы — это Нижегородская область (особенно Лукояновский и Починковский районы), Мордовия, Пензенская и Ульяновская области. Встречаемость за пределами этих мест — единичная, что подтверждает локальное происхождение. В XIX веке носители фамилии были преимущественно государственными крестьянами, реже — мещанами.

Обратите внимание на суффикс -ка в основе (Нарей-ка). В русских фамилиях на -ин он часто указывает на уменьшительно-ласкательную или обиходную форму имени или прозвища. То есть Нарейка — это не полное имя, а то, как человека называли в быту, в своей общине. Сын такого человека становился Нарейкиным, а внук уже получал фамилию как наследственное родовое имя.

Таким образом, фамилия Нарейкин — это не столько «сын того, кто нарекает», сколько «сын губастого» или, если угодно, «потомок того, кого звали Губан». Финно-угорский след делает её заметно отличной от массы фамилий на -ин, образованных от канонических имён вроде Миша или Вася.