Фамилия Негрозов — редкий пример русской фамилии, образованной не от имени или профессии, а от характеристики погоды. В её основе лежит мирское имя Негрозый, которое давали ребёнку в дохристианской традиции именования. Слово собрано из отрицательной приставки «не-» и существительного «гроза»: буквально «не грозный», «не суровый». Чаще всего так называли детей, родившихся в ясный, солнечный день, когда ничто не предвещало бури. В старину люди охотно брали в качестве личного имени названия природных явлений — по ним будто бы закреплялась судьба, сходная с обстоятельствами появления на свет.

Суффикс -ов в фамилии указывает на типичную восточнославянскую модель притяжательных фамилий: Негрозов — это «сын Негрозого». Такая схема, по наблюдениям Б. Унбегауна, доминировала в русском ономастиконе с XVI–XVII веков, когда фамилии закреплялись за крестьянскими и посадскими родами. Само имя Негрозый не попало в святцы, поэтому фамилию не стоит путать с производными от церковнославянских имён — перед нами чисто народное, «мирское» прозвище.

Существует и вторая трактовка. Если «гроза» понимается в переносном смысле — как нечто внушающее страх, грозное, — то Негрозым могли прозвать человека с обратными качествами: спокойного, уравновешенного, мирного нрава. Эта версия менее вероятна, хотя и не лишена оснований: в русских говорах слово «гроза» действительно имело оттенок «лихой человек», «грозный начальник». Однако для прозвищ чаще использовали прямые характеристики — «Грозный», «Грозовой», а форма с отрицанием «не-» в таком значении встречается реже. Логичнее предположить, что имя давали новорождённому, а не взрослому: отрицательные имена вроде Некрас, Немир, Неждан были призваны обмануть злых духов или подчеркнуть обстоятельства рождения.

Фамилия Негрозов остаётся довольно локальной. Она не получила широкого распространения, что типично для имён, связанных с конкретным случаем — днём появления на свет. В документах XIX века носители фамилии встречаются преимущественно в центральных и южных губерниях России, где была сильна традиция мирских имён. Известных исторических деятелей с этой фамилией не зафиксировано, что, впрочем, не умаляет её ценности: она сохранила для нас почти забытый способ называть человека по тому, каким было небо в день его рождения.