Фамилия Нектарьев — редкий случай, когда за привычным русским окончанием стоит не мирское прозвище и не ремесло, а церковное имя с почти мифологическим смыслом. В её основе лежит каноническое имя Нектарий, которое в переводе с греческого означает «нектарный». Нектар в античной традиции — напиток олимпийских богов, дарующий бессмертие, поэтому имя звучало как пожелание вечной жизни и божественной благодати.

Модель образования проста и типична для XV–XVII веков: к основе на -ий добавили типичный русский суффикс -ев, получив форму притяжательного прилагательного. Нектарьев буквально означает «сын Нектария», «принадлежащий Нектарию». Такой путь прошли многие фамилии от крестильных имён, но именно эта форма встречается заметно реже, чем, скажем, Иванов или Петров, — уже хотя бы потому, что само имя Нектарий никогда не было частым на Руси.

Небесным покровителем имени считают преподобного Нектария Печерского, жившего в XII веке. Летописи сохранили его прозвище — Послушливый. Он прославился не чудесами и не богословскими трудами, а беспрекословным послушанием старшей братии и необычайным усердием в каждодневных работах. Память святого отмечается 29 ноября, и именно этот день для Нектарьевых — их личный, фамильный праздник. Похоронен подвижник в Ближних, или Антониевых, пещерах Киево-Печерской лавры, где его мощи покоятся и сейчас.

Интересно, что в народной традиции имя часто упрощали: Нектарий превращался в Нектара или Нектария, а в бытовой речи — в Нектара. От этих сокращённых форм могли пойти и другие, более редкие фамилии — Нектаров или Некташин. Фамилия же Нектарьев сохранила книжную, полную форму имени, что говорит о грамотности первого носителя или о его близости к церковной среде.

Точное место и время возникновения фамилии назвать сложно: процесс закрепления наследственных имён растянулся на несколько столетий, а сами Нектарьевы, судя по всему, никогда не были многочисленны. Однако сам факт, что имя древнегреческого происхождения, пройдя через византийские святцы и киевские пещеры, закрепилось в русской фамилии, делает её любопытным памятником письменности и культуры — живым напоминанием о том, как далеко ушли от своих корней, казалось бы, привычные нам родовые прозвания.