Происхождение
Фамилия Неофитов
Фамилия Неофитов — редкий случай, когда за основу взяли не имя, не прозвище и не ремесло, а греческое слово «неофит», то есть «недавно насажденный». В буквальном смысле так называли новообращенного в христианство, а в более широком — любого новичка, нового приверженца учения или движения. Казалось бы, прозвище странное: кого в русской деревне назовут «новообращенным»?
Ответ упирается в семинарскую среду. В духовных училищах России XVIII–XIX веков фамилии часто давали искусственно, отталкиваясь от церковнославянских и греческих слов, и «Неофитов» — типичный продукт такой традиции. Юноша, всерьез увлекшийся каким-то богословским течением или идеей, мог получить эту фамилию как характеристику своего рвения. Тот же механизм породил фамилии Розов (от «роза», а не «розин») или Любимов — нарицательное слово становилось основой без оглядки на бытовую логику.
Любопытна и словообразовательная деталь. Суффикс -ов по правилам присоединяется к основам мужского рода, и здесь он работает безупречно: «неофит» — слово мужского рода. Но в отличие от крестьянских фамилий, где -ов указывал на отца (Петров — сын Петра), в семинарских фамилиях суффикс чаще маркировал просто принадлежность к церковной культуре. Так что Неофитов — не «сын Неофита», а скорее «человек, относящийся к неофитам».
Имя Неофит в святцах существовало — его носил раннехристианский мученик, и в редких случаях фамилия могла возникнуть от крестильного имени отца. Но массовое распространение фамилии связано именно с семинариями, где греческие корни ценились за благочестивое звучание. Различить эти два пути по самой фамилии невозможно, но версия с «новичком в вере» выглядит правдоподобнее: слишком уж назидательное значение у слова.
Носители фамилии встречаются по всей России, но чаще в центральных губерниях, где были сильны духовные училища. Известных дворянских родов с такой фамилией не прослеживается — это почти наверняка фамилия выходцев из духовного сословия, которые после реформ XIX века нередко уходили в светскую жизнь, сохраняя фамилию как память о церковном происхождении.