Фамилия Неживова — женская форма фамилии Неживов, и её основа сразу обращает на себя внимание: корень «жив» отсылает к жизни, а отрицательная частица «не» создаёт прозвище с противоположным смыслом. В русской ономастике такие фамилии называют «охранительными» или «обережными». В народной традиции верили, что имя или прозвище с отрицанием отпугнёт злых духов и несчастья: назвали ребёнка Неживой — значит, нечистая сила не позарится на «мёртвого». Такой обычай был особенно распространён в крестьянской среде, где детская смертность оставалась высокой.

Модель образования Неживов — типичная патронимическая: суффикс -ов присоединялся к основе прозвища Неживой. То есть Неживов — это сын Неживого, а Неживова — дочь или жена. Прямое значение прозвища — «неживой, безжизненный» — могло относиться к внешности (бледный, вялый человек) или к характеру (медлительный, апатичный). Но в контексте оберега семантика менялась: родители нарочно давали «плохое» прозвище, чтобы уберечь ребёнка от сглаза и болезней.

Географически фамилия Неживов встречается нечасто, но фиксируется в центральных и южных регионах России. В архивных записях XVII–XVIII веков можно найти крестьян и однодворцев с этой фамилией, например, в Тульской и Рязанской губерниях. Редкость фамилии объясняется тем, что прозвище Неживой было не столько именем, сколько внутрисемейным оберегом, который не всегда переходил в официальные документы.

С точки зрения словообразования интересно, что основа «нежив» — это чисто русское прилагательное с отрицанием, а не заимствование. В отличие от фамилий на -ин (например, Неживин), форма Неживов указывает на принадлежность к мужскому роду прозвища, что типично для восточнославянской модели. В словаре Б. Унбегауна «Русские фамилии» такие обережные наименования разбираются как характерная черта дохристианской антропонимии, сохранившейся в фамилиях.

Сейчас носительницы фамилии Неживова живут в основном в России и странах бывшего СССР. Фамилия не получила широкой известности, но её происхождение — яркий пример того, как за бытовым прозвищем стоит целый пласт народных верований и семейных стратегий выживания.