Фамилия Никульцова — это отчество второго порядка, то есть «внучья» форма. Разбираем цепочку: Никульцов — сын Никульца, а Никулец — в свою очередь, сын или внук Никулы. Никула — это не самостоятельное имя, а повседневная, разговорная форма канонического имени Николай, которое в переводе с греческого означает «победитель народов». Так в старину звали человека в быту, в кругу семьи и соседей, а в церковных записях он числился Николаем.

Сама конструкция с суффиксом -ец (Никулец) примечательна. В русской ономастике такие формы часто обозначали молодого человека, сына, а иногда носили уменьшительно-ласкательный оттенок. Получается, что Никулец — это буквально «маленький Никула» или «сын Никулы». А уже от этого имени образовалось привычное нам отчество Никульцов, закрепившееся за потомками. Таким образом, фамилия Никульцова буквально отвечает на вопрос «чьи вы будете?» — внуки Никулы.

Скорее всего, основатель рода был человеком из простого, крестьянского или посадского сословия. На это указывает сама модель: сложные «внучьи» фамилии на -ов/-ев от уменьшительных форм чаще всего возникали в среде, где не было строгой фиксации родового прозвища, а идентификация шла по отцу и деду.

Существует и менее вероятная версия, связывающая фамилию не с именем, а с прозвищем. В некоторых говорах «никулей» могли называть человека, причастного к изготовлению глиняных свистулек, которые в народе именовали «никулками». Если принять эту гипотезу, то родоначальник был ремесленником, делавшим такие игрушки. Однако эта версия выглядит надуманной: прозвище от названия игрушки встречается крайне редко, тогда как имя Николай было одним из самых распространённых на Руси. Поэтому версия с каноническим именем остаётся основной и наиболее правдоподобной.

Интересно, что фамилия сохранила именно народное, а не церковное звучание имени. Если бы предок носил полную форму, мы бы имели фамилию Николаев. Вариант Никульцов — это отпечаток живой речи, где имя редуцировалось и упрощалось. Такие фамилии особенно ценны для историков языка: они фиксируют то, как звучала речь простого народа, а не книжная норма.