Фамилия Норины — это отчество, образованное от личного прозвища Нора. Такая модель была одной из самых распространённых на Руси: если главу семьи окружающие звали Норой, то его дети и домочадцы автоматически становились «Нориными детьми», а за ними закреплялось имя Норины. Разбор здесь простой: суффикс -ин указывает на принадлежность, а основа — само прозвище. Вопрос в том, что именно оно значило, и тут единого ответа нет.

Самая убедительная версия связывает прозвище с поморским промыслом. В северных говорах существовал глагол «норить» — ловить рыбу неводом подо льдом. Занятие это было тяжёлым и требовало особой сноровки: рыбаки прорубали лунки, запускали сети в ледяную воду и вытягивали улов. Прозвище Нора в таком случае закреплялось за опытным рыбаком, мастером подлёдного лова, а сама фамилия становилась указанием на род занятий предка. Для Архангельской, Вологодской и других северных территорий такая трактовка выглядит особенно логичной.

Есть и вторая гипотеза, менее «профессиональная», но тоже имеющая право на существование. Она отталкивается от слова «норок», у которого два значения: хищный зверёк, то есть ласка, и болезнь от испуга. В первом случае прозвище Нора могло достаться человеку хитроватому, юркому, плутоватому — с намёком на звериную ловкость. Во втором — речь идёт о недуге: так могли назвать больного человека, возможно, заику. Слабость этой версии в том, что она опирается на довольно редкое диалектное слово, тогда как рыболовецкий термин был широко известен на Русском Севере. Поэтому версия с поморским рыбаком выглядит правдоподобнее.

Точное место и время возникновения фамилии Норин назвать сложно: фамилии на Руси формировались веками, и один и тот же корень мог независимо появиться в разных регионах. Но сам факт, что прозвище легло в основу фамилии, говорит о том, что человек, носивший его, был заметной фигурой в своей общине — рыбак, кормивший всю деревню, или хитрец, о котором рассказывали истории. Сегодня фамилия Норин встречается в разных частях России, но северный след в её происхождении остаётся главной зацепкой для тех, кто ищет свои корни.