Фамилия Ноздря — редкий случай, когда прозвище перешло в фамилию без каких-либо изменений, не обрастая суффиксами вроде -ов или -ин. Это прямое наследование личного имени или прозвища, что само по себе говорит о древности рода: такие бессуффиксные фамилии чаще всего закрепились в XV–XVI веках, когда прозвища только начинали превращаться в наследственные семейные именования.

Смысловая основа прозвища лежит на поверхности — так могли назвать человека с крупными, широкими или необычной формы ноздрями. Но сводить всё к внешности было бы упрощением. В старину имена от названий частей тела не воспринимались как обидные или смешные: они работали как обереги или просто фиксировали яркую примету. Наряду с Ноздрёй бытовали Губа, Ухо, Лоб — всё это мирские имена, которые давали ребёнку, чтобы отвести от него сглаз или подчеркнуть какую-то особенность.

О том, что Ноздря использовалось именно как личное имя, а не только как уличное прозвище, говорят документальные записи. В труде С. Б. Веселовского «Ономастикон» находим крестьянина Василия Ноздрю, упомянутого в новгородских писцовых книгах 1495 года, и холопа Гридю Ноздряка из Мурома, записанного в 1455 году. Оба примера — простые люди, не знатные, что подтверждает: имя бытовало в народной среде задолго до того, как закрепилось в фамилии.

Отдельная ветвь — фамилия Ноздреватый, которую носили дворяне. Веселовский упоминает князя Василия Ивановича Ноздреватого-Звенигородского, окольничего 1519 года, и Василия Степановича Ноздреватого из Тулы (1597 год). Здесь мы видим характерный суффикс -ат-, который в русском языке образует прилагательные со значением «обладающий чем-то в избытке»: ноздреватый — тот, у кого большие или широкие ноздри. Княжеская фамилия Ноздреватый-Звенигородский указывает на то, что прозвище не считалось зазорным даже в высшей аристократии — оно лишь фиксировало внешнюю черту основателя рода.

Интересно, что фамилия Ноздря сохранила архаичную форму именительного падежа единственного числа. Большинство русских фамилий, образованных от прозвищ, со временем «обрастали» патронимическими суффиксами: Ноздрёв, Ноздряков, Ноздреватов. А вот Ноздря осталась в первозданном виде, как память о том самом человеке, которого когда-то так прозвали. Это делает её ценной для генеалогов: по такой фамилии легче проследить прямую линию предков до самого первого носителя прозвища.

Версия о происхождении от анатомического термина — основная и наиболее правдоподобная. Альтернативные гипотезы, связывающие фамилию с каким-либо ремеслом или занятием, не находят подтверждения в документах, поэтому останавливаться на них не стоит. Перед нами классический пример древнерусского мирского имени, которое через пять столетий стало фамилией.