Фамилия Огородников — наглядный пример того, как прозвище, данное человеку по занятию, закрепилось за его потомками. В основе лежит слово «огородник». Прямое значение ясно: так называли человека, который выращивал овощи, содержал огород или работал садовником. Однако здесь есть нюанс, который часто упускают: в старину «огородом» называли не только грядки, но и любое огороженное место — выгон для скота или участок под покос. Поэтому Огородником могли прозвать не только овощевода, но и того, кто строил изгороди, ставил тын вокруг деревни или владел огороженной землей. Слово происходит от «огородить», то есть обнести забором, так что связь с ремеслом плотника или строителя оград не менее логична, чем с земледелием.

Модель образования проста и типична для русского ономастикона. Суффикс -ов присоединялся к основе, оканчивающейся на твердый согласный, и указывал на принадлежность: Огородников буквально означает «сын Огородника». Такая схема — самая массовая в русских фамилиях, что подтверждает, например, фундаментальный труд Б. Унбегауна о русских фамилиях. В этом смысле фамилия не уникальна по форме, но ценна тем, что сохранила память о конкретном ремесле или промысле, который кормил предка.

Стоит развести две версии происхождения. Первая, «земледельческая», самая очевидная: предок держал огород, торговал овощами или работал по найму у более зажиточного хозяина. Вторая, «строительная», связана с изготовлением изгородей. Она менее популярна, но исторически правдоподобна: в условиях общинного землепользования умение ставить крепкие заборы ценилось, а человека, который делал это лучше других, вполне могли выделить прозвищем. Обе версии не противоречат друг другу, и, скорее всего, в разных регионах фамилия возникала независимо у разных людей с разными занятиями.

Точное время появления фамилии назвать сложно. Процесс формирования русских фамилий растянулся на несколько столетий — с XV по XVII век, а у крестьянства завершился и вовсе поздно, после отмены крепостного права. Огородниковы могли появиться в любом из этих периодов, причем в разных губерниях независимо друг от друга. Фамилия относится к числу «профессиональных», таких как Кузнецов, Мельников или Плотников, но встречается реже, что делает ее более локальной и привязанной к конкретным местам, где огородничество было развито как промысел.

Это не дворянская фамилия, а скорее крестьянская или посадская. Носители ее — потомки людей, чей труд был прост и необходим: кто-то кормил семью с грядки, кто-то городил тыны. Фамилия не несет следов иностранного влияния, она исконно русская, и в этом ее ценность как памятника славянской письменности и культуры. Она говорит о быте, хозяйстве и повседневных заботах наших предков больше, чем иные летописи.