Фамилия Оксин звучит кратко и немного загадочно, но за этой простотой скрывается длинная цепочка превращений, уходящая корнями в античность. Вопреки возможной ассоциации с химическим элементом или кислотой, происхождение у неё чисто личное, имя собственное. Фамилия образована от производной формы канонического мужского имени Авксентий. В народной среде это длинное и непривычное для повседневной речи имя сократили до короткого и звонкого Окся — так могли звать человека дома, в кругу семьи или на улице. От этого-то просторечного варианта и пошла фамилия.

Само имя Авксентий — греческого происхождения. Оно восходит к древнегреческому глаголу «auxano», что означает «увеличиваться, возрастать». Поэтому имя нередко переводят как «возрастающий» или даже «великан». Смысл здесь не столько в физическом росте, сколько в духовном преуспеянии, в возрастании в мудрости и добродетели. В православных святцах имя встречается неоднократно: вспоминают мученика Авксентия (именины 7 февраля), преподобного Авксентия (27 февраля), а также преподобного Авксентия Вологодского (25 июня). Так что у носителей фамилии богатый выбор небесных покровителей.

Модель образования фамилии проста и типична для русской ономастики. Суффикс -ин указывает на принадлежность: Оксин — это «сын Окси», потомок человека, которого звали Окся. Такая патронимическая модель широко распространена, но здесь интересен именно переход от полного церковного имени к его обиходной форме. Подобные сокращения часто давали жизнь целым семействам: от Авксентия произошли не только Оксины, но и, например, Авксентьевы, Сенины, Ксеновы. Однако именно форма Окся закрепилась в относительно редкой фамилии.

О точном месте и времени возникновения фамилии Оксин сейчас говорить сложно. Процесс становления русских фамилий растянулся на несколько столетий, и крестьянские семьи, откуда, скорее всего, пошли Оксины, получили их позже дворянских родов — ближе к XVII–XIX векам. Тем не менее, сама фамилия — это не просто семейное прозвище, а живой памятник славянской письменности и культуры. Она сохранила для нас тот самый народный вариант имени, который звучал в разговорной речи столетия назад и который иначе мы бы уже не услышали.