Фамилия Пальмовы принадлежит к распространённому типу русских фамилий, образованных от личного прозвища. В её основе лежит слово «пальма», но искать здесь южное дерево с веерными листьями — не всегда верный путь. В сибирских говорах «пальмой» называли широкий и длинный нож, нож на древке или рогатину. Если принять эту версию, прозвище Пальмый мог получить охотник, промышлявший зверя таким оружием, либо торговец, который такие ножи делал или продавал. Слово «пальма» в значении «рогатина» встречается в русских летописях и былинах, так что корень у прозвища глубокий и вполне местный, а не экзотический.

Менее вероятно, что прозвище связано с деревом. Чтобы человека назвали Пальмым из-за пальмы, он должен был либо жить на юге, либо, что совсем редко для русских земель, разводить эти деревья в оранжерее. Такое возможно для садовника или боярина, увлекавшегося диковинками, но это скорее исключение, чем правило. Поэтому версия с ножом выглядит правдоподобнее: она объясняет прозвище через быт и промысел, а не через редкостное растение.

Суффикс -ов в фамилии указывает на притяжательное значение: Пальмов — сын Пальмого, потомок человека с таким прозвищем. Модель типична для русского ономастикона, где прозвища отцов закреплялись за детьми и внуками. Точное время и место возникновения фамилии Пальмовы установить сложно: процесс формирования фамилий в разных слоях общества растянулся на несколько столетий, с XVI по XIX век. Можно лишь сказать, что фамилия эта не дворянская и не княжеская, а скорее крестьянская или посадская, и её носители встречались в разных регионах, особенно там, где был распространён промысловый охотничий быт, — на Урале и в Сибири.

В церковной среде фамилия Пальмов также известна: её нередко давали воспитанникам духовных семинарий. Здесь работала другая логика — «благозвучные» фамилии присваивали искусственно, отталкиваясь от церковного календаря или символики. Пальмовая ветвь — библейский символ, и семинарист мог получить фамилию Пальмов за успехи в учёбе или просто по воле наставника. Так что у фамилии два независимых источника: народное прозвище от ножа-пальмы и искусственное семинарское именование. Различить их в каждом конкретном роду можно только по документам, но обе версии имеют право на существование.

Фамилия Пальмовы — не просто набор букв, а след в языке, где переплелись сибирская охота, древнее оружие и церковная книжность. Какой бы путь ни привёл к ней предков, она сохранила память о слове, которое сегодня почти вышло из живого употребления.