Патока — фамилия, которая с первого взгляда звучит по-домашнему, по-русски, но при ближайшем рассмотрении таит несколько неожиданных смыслов. В основе лежит нарицательное слово «патока» — так в старину называли мед, который сам стекает с сотов, или сладкий сироп, остающийся при варке сахара. Проще говоря, это жидкий сахар, лакомство, которое было доступно далеко не каждому крестьянину.

Соблазнительно предположить, что прозвище Патока получил заядлый сладкоежка. Версия простая и понятная: закрепилось за человеком, который не мог пройти мимо меда или варенья. Но ономастика предлагает и другие, более практичные толкования. Патокой вполне могли прозвать торговца этим продуктом, пчеловода, который знал толк в меде, или умельца, варившего из патоки сахар. Ремесло кормило, а прозвище прилипало к человеку на всю жизнь, а потом переходило к детям.

Есть и третий, переносный смысл, который делает фамилию особенно колоритной. В народной речи патока — это не только сладость, но и льстивая речь, елейное обращение. Хитроватого, вкрадчивого человека, который говорит мягко, а стелет жестко, тоже могли окрестить Патокой. Такая двойственность — между ремеслом и характером — встречается в русских прозвищах сплошь и рядом, и оба варианта имеют право на существование.

Исторические записи подтверждают, что фамилия бытовала на Русском Севере. В трудах С. Б. Веселовского упоминаются Федор Гаврилович Патока, зафиксированный в 1604 году на Белоозере, и Аким Патокин, отмеченный в 1627 году в Устюге. Эти ранние упоминания важны: они показывают, что прозвище не было случайным, а встречалось в разных уголках страны, причем уже тогда приобретало фамильную форму с суффиксом -ин.

Словообразовательная модель здесь классическая: основа «Патока» плюс суффикс -ин, указывающий на принадлежность. Фамилия Патокин означает «сын Патоки», «тот, кто из рода Патоки». Такая модель типична для прозвищ, образованных от существительных женского рода. Сама форма Патока без суффикса могла оставаться прозвищем или неофициальным именем, а вот Патокин уже становился полноценной фамилией, закрепляющейся за потомками.

Интересно, что фамилия не получила широкого распространения по всей России, а осталась локальной, северной. Это говорит о том, что прозвище возникло в конкретной среде, вероятно, среди крестьян и посадских людей, для которых мед и сахар были не повседневной едой, а товаром или особым лакомством. Поэтому версия о торговом или ремесленном происхождении выглядит убедительнее, чем просто указание на любовь к сладкому: слишком заметным должно было быть занятие человека, чтобы заменить ему имя.