Происхождение
Фамилия Перехожев
Фамилия Перехожев напрямую рассказывает об образе жизни предка: в основе лежит прозвище Перехожий, которым в старину называли вечного странника. Это не просто «прохожий» в современном смысле слова, а человек, не имеющий своего дома и постоянно переходящий из деревни в деревню, из села в село. Чаще всего так говорили о паломниках, богомольцах, идущих по святым местам, или о тех, кто в силу обстоятельств не осел на земле, не привязался к хозяйству и общине.
Слово «перехожий» встречается в русских говорах и в литературе — вспомним хотя бы «перехожих калик» из былин, тех самых странников, которые собирали на Руси милостыню и передавали новости. Прозвище было говорящим: оно метко описывало человека, который сегодня здесь, а завтра уже за тридевять земель. Дети и внуки такого человека, даже если они сами уже вели оседлую жизнь, навсегда получали в наследство это прозвище, а затем и фамилию.
Словообразовательная модель проста и типична для русских фамилий: к основе Перехож- добавили суффикс -ев, который указывает на принадлежность. То есть Перехожев — это «сын Перехожего», потомок того самого странника. По такому же принципу появились фамилии Прохожев, Захожев или, скажем, Бродягин, хотя последняя встречается реже.
Интересно, что фамилия Перехожев не имеет никакого отношения к слову «переход» в смысле переправы или переезда. Не связано она и с названием села Перехожее, хотя такие топонимы в России существуют. Корень здесь именно глагольный — от «переходить», «перехаживать», и ударение в фамилии чаще всего падает на второй слог: Перехожев.
В архивных документах фамилия встречается в основном в центральных и южных губерниях России, где была высока плотность населения и активное передвижение людей между деревнями. Крестьянские семьи, получившие такое прозвище, часто сами уже не помнили, кто из далеких предков был тем самым бездомным скитальцем, но фамилия бережно хранила эту память.
Сегодня носители фамилии Перехожев живут по всей России, и вряд ли кто-то из них продолжает вести страннический образ жизни. Но сама фамилия — редкий и выразительный памятник русской жизни, где человек без своего угла и хозяйства был заметной, хотя и не всегда добровольной, фигурой.