Фамилия Песковатсков на первый взгляд кажется громоздкой, но именно в её форме и скрыта основная загадка. Если отбросить фамильный суффикс -ов, останется основа «Песковатск». Такая словообразовательная модель с двойным суффиксом (-ск + -ов) встречается нечасто и обычно указывает на географическое прозвище: так могли назвать человека, переехавшего из села или деревни с названием вроде Песковатка, Песковатое или Песковатский. Подобные топонимы распространены в южнорусских и поволжских землях, где много песчаных почв, а сами названия происходят от прилагательного «песковатый», то есть песчаный.

Однако существует и более древняя, личная версия происхождения. Согласно ей, в основе фамилии лежит не место, а мирское имя Песко — уменьшительная форма от нарицательного «пёс». В дохристианской традиции имена, образованные от названий животных, были обычным делом. Собака на Руси почиталась как символ верности, преданности и бескорыстной дружбы, поэтому прозвище Пёс или Песко не несло оскорбительного оттенка, а скорее желало человеку этих качеств. Позже, когда имя Песко стало восприниматься как недостаточно благозвучное, его могли «облагородить», добавив суффикс -оват-, что дало форму Песковатый, а уже от неё пошла и фамилия.

Какая из версий правдоподобнее? Скорее всего, обе линии слились в одной точке. Сначала существовало личное имя Песко. Затем, по аналогии с прозвищами, характеризующими внешность или манеру поведения, его могли трансформировать в более сложное прозвище Песковатый. А уже когда человек переезжал в другое место, за ним закреплялось указание на происхождение: «Песковатский» — то есть выходец из местности, где жили Песковатые, либо из села Песковатка. В итоге потомки получили фамилию с характерным для русского севера и Сибири окончанием -ов, что закрепило форму Песковатсков.

Интересно, что фамилия не получила широкого распространения. Она редкая и встречается преимущественно в Зауралье и Сибири, куда в XVII–XIX веках переселялись крестьяне из центральных губерний России. В переписных книгах того времени нередко фиксировали не точное название деревни, а прозвище, которое человек привозил с собой. Так, крестьянин Песковатский из-под Воронежа, осев за Уралом, в документах мог быть записан как Песковатсков — с русским патронимическим суффиксом, отвечающим на вопрос «чей?». Это делает фамилию одновременно и географической, и родовой, что для ономастики большая редкость.