Фамилия Почесуев — один из тех случаев, где прозвище, лёгшее в основу, звучит необычно для современного уха, но было совершенно прозрачным для наших предков. Её ядро — глагол «почесать» или существительное «почесуха». Самая прямая версия: Почесуем могли прозвать человека, который часто чесался, возможно, из-за кожной болезни. В старину это не было обидным диагнозом — скорее бытовой, описательной характеристикой, как Косой, Хромой или Шелудяк. В некоторых говорах «почесуха» означала не только зуд, но и чесотку как болезнь, а также колючую, вызывающую зуд ткань (например, грубое сукно). Так что прозвище могло закрепиться и за портным, работавшим с такой материей, или за человеком, который просто носил одежду из неё.

Модель образования типична для русских фамилий: суффикс -ев присоединился к основе Почесуй. Такие фамилии (от глагольных прозвищ в повелительном наклонении) — Почесуй, Держи, Скатерть — не редкость. Суффикс -ев указывает на принадлежность: «чей сын?» — Почесуев, то есть сын Почесуя.

Географически фамилия редкая и встречается точечно, преимущественно в центральных и южных регионах России, а также среди казачества. В старых документах XVII–XVIII веков можно найти упоминания «Почесуй» как личного прозвища, но массовой фамилией она не стала. Это говорит о том, что её носители, скорее всего, не принадлежали к крупным дворянским родам, а были крестьянами, ремесленниками или служилыми людьми низшего ранга.

В ономастических справочниках фамилию Почесуев обычно связывают именно с прозвищем по физическому признаку или занятию. Более сложная версия — от диалектного слова «почес» (лён, очёс) или «почесать» в значении «чесать лён». В этом случае предок мог быть льноводом или ткачом, но такая трактовка менее вероятна: слово «почесуй» звучит как активное действие, а не как профессиональный термин.

Таким образом, Почесуев — фамилия-прозвище, возникшая в народной среде, скорее всего, как меткое и беззлобное прозвание человека с заметной особенностью. Она не несёт в себе ни дворянского лоска, ни географической привязки к одному уезду, но хранит живую деталь быта и языка, которая сегодня почти стёрлась.