Фамилия Подтинная — редкий случай, когда географическая привязка в основе очевиднее, чем прозвище по ремеслу или имени. Её ядро — слово «подтина», которое в русских говорах, особенно северных и сибирских, означало участок земли под лесом, вырубку или подсеку, расчищенную под пашню. Человек, живший на таком участке или владевший им, получал прозвище Подтинный — «тот, кто при подтине». От этого прозвища и образовалась фамилия по стандартной модели с суффиксом -ов/-ев, но в женском роде она закрепилась в форме Подтинная, что нетипично: обычно фамилии на -ин/ -ов склоняются по мужскому роду (Подтинный), а женский вариант Подтинная — это либо прилагательное в именительном падеже, либо указание на то, что фамилия застыла в форме, свойственной для прозвищ или для обозначения женщины как носительницы хозяйства (например, «вдова Подтинная»).

Суффикс -ин в фамилии Подтинная не от отчества (как в Иванов — сын Ивана), а от притяжательного прилагательного: «чей?» — «Подтинный», но в женском роде «Подтинная». В современных русских фамилиях на -ин/-а такое встречается редко, чаще это архаичная форма, сохранившаяся в некоторых регионах — например, в Поморье или на Урале, где фамилии иногда записывали в женском роде, если родоначальницей была вдова или если документы составляли на семью, а не на мужчину.

Есть и вторая, менее вероятная версия: основа могла быть связана с тюркским «подтина» — разновидность налога или повинности. Но для центральной России и Севера это нетипично: фамилии от тюркских корней чаще имеют суффикс -ов (Тимин, Татаринов), а не -ин, да и само слово «подтина» в значении «подать» не зафиксировано в русских говорах. Поэтому версия с подсечным земледелием — основная.

Фамилия Подтинная — не частая, но и не исчезнувшая. Она встречается в Вологодской, Архангельской областях, а также в Сибири, куда переселенцы с Русского Севера принесли и свой говор, и свои прозвища. Носители этой фамилии — потомки крестьян, которые осваивали лесные угодья, выжигали и расчищали участки под пашню. В этом смысле фамилия Подтинная — живое напоминание о подсечно-огневом земледелии, которое кормило русский Север до XIX века.