Фамилия Пуккин — один из тех случаев, когда славянское звучание обманчиво, а корень уходит не в русскую, а в финно-угорскую почву. Вопреки шутливому созвучию с известным словом, этимология здесь прозрачна и серьезна: основа «пукк» восходит к прибалтийско-финскому pukki — «козёл». В карельском, вепсском и финском языках это слово входило в состав прозвищ и именований. Предка Пуккина могли прозвать за упрямство, бороду или бодливый нрав — как и в русской традиции, где фамилии Козлов, Козловский столь же распространены.

Модель образования типична для северных и северо-западных регионов России. Суффикс -ин указывает на принадлежность: Пуккин — «сын Пукки» или «из рода Пукки». Такая патронимическая форма характерна для новгородских и олонецких земель, где столетиями жили карелы, ижора и чудь. В писцовых книгах XVI–XVII веков встречаются прозвища Пукка, Пукк, а в метриках XIX века фамилия Пуккин фиксируется в Выборгской губернии и на юге Карелии.

Интересно, что фамилия избежала русификации: не превратилась в Пукков или Козлов, а сохранила исходный финский корень. Это говорит о том, что носители долго жили в двуязычной среде, где прозвище не переводили, а записывали как слышали. Сейчас Пуккины встречаются редко, в основном в Ленинградской области и Карелии, а также среди потомков переселенцев в Сибири. Есть и другая, менее вероятная версия: от глагола «пукать» (лопаться, трескаться), но она не подтверждается ни географией фамилии, ни ономастическими словарями.