Фамилия Пятайкин в первой версии звучит как загадка: то ли это мордовское имя, то ли искажённое русское Пётр. Начнём с главного: скорее всего, перед нами памятник финно-угорской культуры, а именно мордовской традиции имянаречения. Основу фамилии составило имя Пятайка — один из вариантов древнерусского языческого имени Пятый. Связи мордвы с русскими были настолько тесными, что ещё среди некрещёной мордвы приживались древнерусские имена, которые и у самих русских, несмотря на крещение 988 года, спокойно сосуществовали с христианскими вплоть до XVIII века.

Имя Пятый ведёт начало от числительного «пять». Логика простая: так родители могли назвать ребёнка, родившегося пятым по счёту в семье. В крестьянском быту, где детей было много, порядковый номер часто заменял личное имя, а потом закреплялся за человеком на всю жизнь. Суффикс -ка в имени Пятайка — это уменьшительно-ласкательная форма, типичная для разговорной речи того времени.

Существует и вторая версия, но она заметно слабее. Согласно ей, Пятайка — это одна из форм крестильного имени Пётр, которое в переводе с греческого означает «камень». В «якающих» говорах, где безударное «е» звучит как «я», форма Пётр могла превратиться в Пятайку. Однако против этой гипотезы говорит то, что имя Пятый и его производные встречаются в документах гораздо чаще, чем сомнительные переходы от Петра. Поэтому версия с числительным «пять» выглядит куда правдоподобнее.

Сам суффикс -ин в фамилии указывает на принадлежность: Пятайкин — это «сын Пятайки». Такая модель образования фамилий была широко распространена на Руси, особенно в северных и поволжских землях, где жила мордва.

Фамилия оставила след и в исторических документах. В Книге памяти Алтайского края упоминается священник Пятайкин Евстафий Степанович, родившийся в 1884 году в Пензенской губернии. Эта запись ценна сразу по двум причинам. Во-первых, она подтверждает, что носители фамилии были не только крестьянами, но и представителями духовенства. Во-вторых, Пензенская губерния — это как раз территория расселения мордвы, что лишний раз подкрепляет финно-угорскую версию происхождения.

Процесс формирования каждой конкретной фамилии мог быть долгим и не всегда привязан к одной местности, поэтому точно сказать, когда и где именно появились Пятайкины, можно только после серьёзных генеалогических изысканий. Но уже сейчас ясно: фамилия хранит память о тех временах, когда имя ребёнку давали не по святцам, а по порядку его появления на свет.