Фамилия Ракитенок — редкий случай, когда прозвище, профессия и географическая привязка могли слиться в одной словообразовательной модели. В её основе лежит слово «ракита» — так в южных и центральных областях России называли иву, кустарник, растущий у воды. Но если большинство «растительных» фамилий образуются через суффиксы -ов/-ев (Ракитин), то здесь мы видим уменьшительно-ласкательный суффикс -ёнок. В белорусской и украинской традиции этот суффикс часто указывал на молодое существо или потомка: «Ракитёнок» буквально — «маленькая ракита» или, по аналогии с фамилиями на -ёнок, «сын Ракиты».

Вторая, не менее правдоподобная версия — профессиональная. В некоторых говорах «ракитой» называли не только дерево, но и человека, который занимался плетением из ивовых прутьев — корзин, верш, плетней. Такое прозвище могли дать корзинщику или лозоплёту, а его дети автоматически становились «Ракитенками» — то есть «те, кто из семьи Ракиты». Эта модель характерна для западнорусских и белорусских земель, где фамилии на -ёнок встречаются особенно часто.

Третья, более спорная гипотеза связывает фамилию с топонимом. В Беларуси и на Смоленщине есть несколько деревень с названием Ракита или Ракитное. Житель такой деревни мог получить прозвище Ракитенок — «выходец из Ракиты». Однако в этом случае мы бы ожидали фамилию Ракитский или Ракитов, а суффикс -ёнок скорее указывает на семейную принадлежность, чем на географическое происхождение. Поэтому версия с прозвищем или профессией выглядит убедительнее.

Социальный контекст фамилии тоже подсказывает её происхождение. Фамилии на -ёнок в XIX веке чаще всего фиксировались у крестьян и мещан западных губерний Российской империи — Могилёвской, Витебской, Минской. Это были недворянские, «простые» фамилии, которые образовывались в быту, а не в канцеляриях. Ракитенок — типичный пример такой народной ономастики: прозвище по занятию или внешнему признаку, закрепившееся за родом.

Написание фамилии через «е» (Ракитенок) — результат адаптации к русской орфографии. В исходных белорусских говорах она звучала бы как «Ракіцёнак» или «Ракітёнак». При переписи или переселении букву «ё» заменили на «е», что не редкость для фамилий, мигрировавших в великорусские губернии.