Фамилия Ракутин — типичный пример русской фамилии, рожденной из прозвища. Ее основа — прозвище Ракута, которое бытовало в южнорусских и западнорусских землях. Суффикс -ин указывает на притяжательное значение: «чей сын?» — Ракутин, то есть сын или потомок человека по прозвищу Ракута. Это одна из самых распространенных моделей образования русских фамилий, где к основе добавляется притяжательный суффикс, отвечающий на вопрос «чей».

Что означало само прозвище? Здесь есть несколько версий, и ни одна не выглядит бесспорной. Наиболее правдоподобная связывает его с украинским словом «ракотиця» — «копыто». В этом случае Ракутой могли прозвать человека с большими ступнями, чья обувь напоминала копыта. Такое прозвище легко могло закрепиться за пастухом, который много ходил по каменистым или твердым дорогам, или за человеком, занимавшимся разведением домашнего скота. Прозвища по физическим особенностям — один из древнейших пластов русской антропонимии, так что эта версия выглядит органично.

Вторая гипотеза отсылает к слову «ракун» — так в некоторых говорах называли енота. Тогда прозвище Ракута мог получить охотник на этого зверя или мастер, обрабатывавший его шкуры ради ценного меха. Однако эта версия слабее: енот — животное не типично русских лесов, а охота на него вряд ли была настолько распространенным промыслом, чтобы породить устойчивое прозвище. Скорее всего, эта гипотеза возникла из-за случайного созвучия.

Наконец, есть версия, выводящая прозвище из белорусского слова «рака» — «река». Тогда Ракутой называли человека, жившего у реки. Такие прозвища по месту жительства тоже встречались, но в данном случае словообразовательный переход «рака» → «ракута» требует дополнительных промежуточных ступеней, которые не очевидны. Поэтому лингвисты обычно отдают предпочтение первой версии — с копытом и пастухом.

Точное время и место возникновения фамилии Ракутин установить сложно. Процесс закрепления прозвищ в качестве наследственных фамилий шел несколько столетий, завершившись в основном к XVII–XVIII векам. Ракутины — фамилия редкая, не дворянская, а значит, ее носители, скорее всего, происходили из крестьянской или казачьей среды, где прозвища были особенно живучи. Сегодня фамилия встречается в России и Беларуси, что подтверждает ее западнорусские корни.