Фамилия Растатуров — редкий и самобытный памятник славянской культуры, который хранит в себе память о прозвище дальнего предка. В основе фамилии лежит прозвище Растатура, и здесь есть как минимум две версии его происхождения, которые стоит рассмотреть внимательно.

Первая версия отсылает к диалектному слову «растатура». В Нижегородской области оно употребляется в значении «болтовня». Скорее всего, такое прозвище указывало на характер: так могли назвать словоохотливого человека, который любит и умеет поговорить, охотно принимает участие в разговорах. Вторая версия связана с глаголом «растатуривать», то есть «растолковывать». Если опираться на неё, то Растатурой называли не просто болтуна, а человека, который умеет доходчиво объяснять, — учителя, наставника или мудреца, обучающего молодёжь. Обе трактовки сходятся в одном: прозвище описывало манеру речи и склад ума, а не внешность или ремесло.

Словообразовательная модель здесь проста и прозрачна: суффикс -ов присоединился к основе прозвища, превратив его в притяжательное прилагательное. Так потомки человека по прозвищу Растатура со временем стали Растатуровыми. Это типичный для славянской традиции путь — когда уличное именование, данное за характерную черту, закреплялось за семьёй и переходило в официальную фамилию.

Интересно, что фамилия сохранила диалектную окраску: слово «растатура» не было общерусским, а бытовало в конкретном регионе — в Нижегородской области. Это даёт осторожную возможность предположить, что корни рода могли вести в Поволжье, хотя окончательно говорить о географической привязке можно только после серьёзных генеалогических изысканий. Процесс формирования каждой отдельной фамилии мог быть длительным и не всегда имел привязку только к одной местности, поэтому точное время и место возникновения фамилии Растатуров остаются открытым вопросом.

Сама фамилия звучит необычно и немного архаично, что делает её заметной среди прочих отпрозвищных фамилий. Она не связана ни с церковным календарём, ни с профессиональными занятиями предков, а целиком обязана живому народному слову и наблюдательности окружающих. В этом её ценность: одно прозвище, данное когда-то красноречивому или мудрому человеку, донесло до нас кусочек диалектной речи и представлений о том, какие качества ценились в собеседнике.