Фамилия Робиновы обычно понимается по модели «прозвище плюс патронимический суффикс». В основе лежит личное прозвище Робина, а фамилию в форме притяжательного прилагательного (Робинов сын) закрепили за потомками. Здесь работает типичный для русских фамилий суффикс -ов, указывающий на родство по отцу или главе семьи.

Первая и самая очевидная версия связывает прозвище с прилагательным «робкий». Робиной могли назвать человека нерешительного, стеснительного, трусоватого. В старых говорах это слово звучало как «робя», «робина», и прозвище могло закрепиться за тем, кто постоянно сомневался или избегал риска.

Вторая версия опирается на старославянский глагол «робить» — работать, трудиться, делать. В этом случае прозвище Робина получал человек работящий, старательный, даже одержимый трудом. Интересно, что в некоторых диалектах «робить» означало просто делать что-то, поэтому прозвище могло относиться к умельцу или мастеровому. Эта гипотеза выглядит не менее правдоподобной, чем первая, и обе имеют право на существование. Выбор между ними зависит от того, какое качество предки ценили или высмеивали в конкретном человеке.

Отдельного внимания заслуживает форма «Робиновы» во множественном числе. Так обычно обозначают весь род, и в этом написании фамилия звучит как типичная для центральной России и Поволжья. Встречаются также варианты Робин, Робинин, но Робиновы — самая частотная форма.

Точное время и место возникновения фамилии установить сложно: процесс закрепления прозвищ в фамилии растянулся на несколько столетий, с XV по XVII век. Но сам факт, что фамилия сохранилась и бытует, говорит о том, что прозвище Робина было живым и узнаваемым в народной среде. Фамилия Робиновы — памятник славянской письменности, в котором сплелись и древний глагол труда, и народное слово о характере человека.