Фамилия Рудка звучит кратко и немного загадочно: в ней нет привычных фамильных суффиксов -ов или -ин. Это так называемая «окаменевшая» форма прозвища, которую закрепили в документах без изменений. Чаще всего такие фамилии встречаются на западе и юге России, а также в Беларуси и на Украине, где были распространены прозвища, образованные от нарицательных слов без дополнительных приставок.

Самое прямое значение фамилии отсылает к слову «руда». В древнерусском языке «руда» означала не только полезное ископаемое, но и кровь, а также ржавчину. В разных говорах это слово имело оттенок «грязь», «болотная жижа» или «красная глина». Прозвище Рудка могли дать человеку с рыжими волосами (цвета ржавчины), красноватым лицом или, напротив, тому, кто работал с железом — добывал руду или был кузнецом. В западных регионах «рудка» — уменьшительное от «руда», то есть «небольшой рудник» или «железистый источник».

Вторая версия, менее очевидная, но вполне реальная: фамилия могла произойти от имени Рудька — народной формы крестильного имени Родион (через греческое «родон» — роза, или «родий» — житель Родоса). В белорусском языке имя Родион часто звучало как Рудзька, и со временем это имя-прозвище превратилось в фамилию. Обе версии не противоречат друг другу: в одной и той же местности «Рудка» могла быть и прозвищем по внешности, и производной от имени.

Интересная деталь: в отличие от фамилии Руденко (с типичным украинским суффиксом -енко) или Рудков (с русским -ов), фамилия Рудка сохранила свою исходную форму без изменений. Это говорит о том, что предки носителя могли быть из тех мест, где прозвища записывали «как слышали», без переделки на официальный лад. Сословной привязки у фамилии нет: её носили и крестьяне, и казаки, и мещане — всё зависело от конкретного рода.

Если искать корни по географии, стоит обратить внимание на современные Брянскую и Смоленскую области, а также на восток Беларуси — там фамилия Рудка встречается особенно часто. В этих краях слово «рудка» в значении «небольшой ручей с ржавой водой» было вполне обиходным, и прозвище могло закрепиться за хозяином дома у такого ручья.