Фамилия Рыкачев — один из тех случаев, когда прозвище, лёгшее в основу, почти не требует расшифровки. Корень здесь — глагол «рыкать», то есть издавать громкий, низкий звук, похожий на звериный рёв. В древнерусском языке «рыкати» значило «реветь, рычать», и такое прозвище — Рыкач — могли дать человеку с громким голосом, крикливому, напористому или же тому, кто говорил басом, «рыком».

Фамилия образована по продуктивной модели с суффиксом -ев, который присоединялся к основам на мягкий согласный или шипящий. Рыкач → Рыкачев, то есть «сын Рыкача». В русской ономастике это типичная патронимическая фамилия, закрепившаяся в XV–XVII веках, когда прозвища отца переходили к детям как родовое имя.

Интересно, что фамилия Рыкачев не имеет однозначной географической привязки к какой-то одной местности. Она встречается и в центральных русских губерниях, и на Севере, и в Поволжье. Это говорит о том, что прозвище Рыкач было распространено повсеместно — его давали независимо друг от друга в разных регионах. В словаре Б. Унбегауна фамилия упоминается в ряду образований от звукоподражательных глаголов, что подчёркивает её «естественное» происхождение: без книжных или иностранных корней.

Стоит отличать Рыкачева от фамилии Рыкалов, где основа та же, но суффикс -ов указывает на иную модель. Рыкачев же — это именно «рыкающий», а не «тот, кто рыкает» (как Рыкалов могло быть отыменным от Рыкало). Впрочем, обе фамилии восходят к одному звуковому образу.

Несмотря на кажущуюся простоту, у фамилии есть и редкая версия, связывающая её с диалектным словом «рыкач» — так в некоторых говорах называли не только крикливого человека, но и большой колокол с низким звоном. Если прозвище дали звонарю или мастеру, отливавшему колокола, то смысл становится более конкретным. Однако это лишь гипотеза: прямых подтверждений в письменных источниках она пока не имеет.

В целом, Рыкачев — фамилия прозвищная, звучная и наглядная. Её носитель в XVI–XVII веках почти наверняка выделялся голосом — либо силой, либо тембром, либо манерой речи.