Фамилия Седьмов напрямую рассказывает о порядке появления ребенка на свет. Основой послужило нецерковное, мирское имя Седьмой, которое родители давали седьмому по счету сыну в семье. Это простая и прозрачная модель: к имени, оканчивающемуся на -ой, добавили типичный для русских фамилий суффикс -ов, и потомок человека по имени Седьмой стал носить фамилию Седьмов.

Такие «порядковые» имена — Седьмой, Первой, Третьяк, Шестак — были обычным делом в дохристианской и раннехристианской Руси. Они не несли в себе никакого сакрального смысла, а служили практической цели: отличить одного ребенка от другого в большой семье, где имена часто повторялись. Давали их не только седьмым детям, но и, например, родившимся в седьмой день недели или в седьмой месяц года, хотя в случае с Седьмовым наиболее вероятно именно указание на очередность.

Интересно, что имя Седьмой не было редкостью, но фамилия, от него образованная, встречается заметно реже, чем, скажем, Третьяков или Шестаков. Причина может быть в том, что семьи с семью и более сыновьями были не так часты, а само имя Седьмой, в отличие от Третьяка, не давало дополнительных прозвищных смыслов. Тем не менее, фамилия сохранилась и бытует преимущественно в центральных и северных регионах России, где традиция больших семей держалась дольше всего.

Словообразовательная модель здесь классическая для XV–XVII веков, когда фамилии активно формировались из мирских имен. Суффикс -ов указывает на принадлежность: Седьмов значит «сын Седьмого». В старинных документах можно встретить и промежуточные формы — Седьмов сын, Седьмой, которые позже закрепились в едином написании. Таким образом, носитель фамилии Седьмов может с уверенностью говорить, что его далекий предок был седьмым мальчиком в семье, и это обстоятельство оказалось настолько важным для окружающих, что закрепилось в родовом имени на века.