Фамилия Сето — редкий случай, когда за коротким, почти «межевым» словом стоит сразу несколько далеких друг от друга миров. Если вы ищете ее происхождение, первое, что приходит на ум, — связь с финно-угорским народом сето, который с древности живет в Печорском районе Псковской области и на юго-востоке Эстонии. Эта версия — самая очевидная и потому наиболее правдоподобная.

Народ сето веками соседствовал со славянами-кривичами, чьи земли охватывали Витебскую, Могилевскую, Псковскую, Брянскую и Смоленскую области, а также восточную Латвию. Именно этим тесным контактом объясняется то, что фамилия Сето встречается в Белоруссии и на Украине. В таком случае прозвище Сето, скорее всего, указывало на этническую принадлежность основателя рода. Известен показательный пример: дедушка Хелью Маяк, председателя «Этнокультурного общества народа сето», был настолько предан своему народу, что сознательно взял себе эту народную фамилию. Однако не обязательно, что все носители фамилии — прямые потомки сето. Родоначальник мог быть и славянином, который перенял обычаи и традиции соседнего народа, за что и получил такое прозвище.

Есть и другая, экзотическая гипотеза — о японских корнях. В этом случае фамилия передается иероглифом, означающим «пролив» или «дорога, путь». Возникновение фамилии связывают с названием Внутреннего Японского моря — Сето Найкай. Если следовать этой версии, предок носителя фамилии мог быть выходцем с одного из островов, берега которых омывает это море: Хонсю, Кюсю или Сикоку. Но эта гипотеза выглядит гораздо слабее: для русского ономастикона такая модель образования фамилии без дополнительных суффиксов и изменений крайне нетипична, а прямых подтверждений японского следа в документах нет.

Словообразовательная особенность здесь — сама по себе уникальность. Фамилия Сето не имеет русского патронимического суффикса (-ов, -ин, -ский), что говорит о ее позднем закреплении или о сохранении исходной формы прозвища. Обычно такие именования переходили к потомкам в неизменном виде, и фамилия Сето — как раз тот случай. Это делает ее не просто указанием на этничность, а своеобразным «застывшим» маркером, который либо подчеркивал происхождение, либо фиксировал прозвище, данное за образ жизни.