Фамилия Щетинко звучит нестандартно для русского уха, и дело тут в суффиксе. Вместо привычных -ов, -ин или -ский мы видим украинский или белорусский суффикс -ко, который в XVI–XVIII веках активно использовался для образования фамилий в юго-западных землях. Он указывал на происхождение от прозвища или профессии отца: Щетинко — это буквально «сын Щетины» или «человек, связанный со Щетиной». Основа здесь — не редкое в славянском мире прозвище Щетина, которое могло даваться человеку с жесткими, торчащими волосами, колючим характером или даже заросшему щетиной. В отличие от более распространенной фамилии Щетинин, где суффикс -ин говорит о принадлежности («чей?»), Щетинко — уменьшительно-патронимическая форма, типичная для восточных областей Польши, Правобережной Украины и юга Беларуси.

Прозвище Щетина, от которого всё пошло, могло иметь и конкретный профессиональный оттенок. В русских говорах «щетиной» называли не только волосы, но и щетку для чесания льна или конопли. Мастер, делавший такие щетки, или торговец ими тоже мог получить такое прозвище. Однако прямая связь с производством щетины (свиной) — как товаром для щёток — менее вероятна: это было бы слишком узкое ремесло для целого прозвища, обычно его давали по более заметному внешнему признаку.

Интересно, что фамилия Щетинко почти не встречается в центральных и северных областях России, где преобладает модель на -ов/-ев. Это редкий случай, когда географическая привязка фамилии говорит сама за себя: ищите корни носителей Щетинко в Черниговской, Киевской, Гродненской или Брестской областях, а также среди переселенцев на Кубань и в южные регионы России. В документах XVII–XVIII веков такие фамилии часто фиксировались у казаков и мещан, а не у крепостных крестьян, что даёт косвенную подсказку о возможном социальном статусе предка.

Словообразовательная модель здесь проста, но показательна: основа (Щетин-) + суффикс (-ко). Ударение, скорее всего, падает на последний слог — Щетинко́, как и в большинстве фамилий этого типа (Шевченко, Коваленко). Если ваш предок носил эту фамилию, он почти наверняка был выходцем из западнорусских земель, а его отец или дед получил прозвище за внешность или, реже, за занятие. Ничего общего с «щетиной» в смысле ершистости или неухоженности — это бытовая деталь, закрепившаяся в имени.