Фамилия Шепотилова — женская форма от Шепотилов, и её происхождение крепко связано с русским глаголом «шептать» и его производными. В отличие от многих фамилий, образованных от церковных или полных крестильных имён, эта явно восходит к прозвищу. Основа «шепот» могла указывать на манеру человека говорить тихо, шепотом, либо на его скрытный, негромкий нрав. Но есть и другая, более конкретная версия: прозвище Шепот могли дать тому, кто занимался нашептыванием — старинным способом народного врачевания или ворожбы. Знахари и знахарки, «шептуны» и «шептухи», заговаривали болезни, читали заговоры над больным — их уважали и побаивались, а прозвище закреплялось за родом.

Суффикс «-илов» в фамилии Шепотилов — редкая и интересная деталь. Обычно русские фамилии образуются суффиксами «-ов» или «-ин», а здесь мы видим более сложную модель: от прозвища Шепот сначала образовали притяжательное прилагательное с суффиксом «-ил» (Шепотил — «сын Шепота» или «принадлежащий Шепоту»), а уже к нему добавили стандартный «-ов». Такая цепочка — Шепот → Шепотил → Шепотилов — встречается нечасто и говорит о том, что прозвище было настолько устойчивым, что породило сначала отчество в форме «Шепотич» или «Шепотил», а затем фамилию. Похожим образом возникли, например, фамилии Косотилов или Голотилов.

Географически фамилия Шепотилов (и Шепотилова) тяготеет к южнорусским и центральным областям. В старых писцовых книгах и ревизских сказках носители этой фамилии встречаются в Тульской, Рязанской и Тамбовской губерниях — это регионы, где диалектная речь и прозвища сохранялись дольше, чем на севере. Сословно это были в основном крестьяне и однодворцы, то есть люди, не знавшие крепостной зависимости, но жившие на государственных землях. В среде однодворцев фамилии часто образовывались от бытовых прозвищ, и Шепотилов — характерный пример.

Если суммировать: предок носительницы фамилии Шепотилова, скорее всего, был либо тихим, негромким человеком, либо — что правдоподобнее — деревенским знахарем, «шептуном», к которому ходили за советом и лечением. Фамилия не редкая, но хранит в себе отголосок старого народного быта, где слово и шепот имели силу.