Фамилия Шешурин — один из тех случаев, когда при первом взгляде хочется связать её с чем-то «шепелявым» или «шипящим», но лингвисты смотрят в другую сторону. Основа здесь — не звукоподражание, а вполне конкретное древнерусское прозвище.

Вероятнее всего, фамилия образована от прозвища Шешура. В русских говорах, особенно северных и вологодских, «шешура» — это не только мелкая рыбёшка (разновидность снетка), но и, в переносном смысле, мелкий, юркий, суетливый человек. Так могли назвать невысокого подвижного парня или того, кто постоянно «кишел» на месте, как малёк в реке. Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — сын Шешуры, то есть Шешурин. Это типичная модель русских фамилий от прозвищ или мирских имён, закрепившаяся в XV–XVII веках.

Есть и менее очевидная, но лингвистически возможная версия. В некоторых диалектах «шешурить» означало «шарить, рыться, искать». Прозвище Шешура мог получить неаккуратный, неспокойный человек, который всё время что-то перекладывает или роется в вещах. Эта версия объясняет активный, глагольный характер основы, хотя и уступает «рыбной» по распространённости в ономастических справочниках.

Интересно, что фамилия Шешурин почти не встречается в центральных и южных областях России. Её ядро — традиционный Русский Север: Архангельская, Вологодская, Кировская области. В этих краях рыбный промысел и диалектное слово «шешура» были в ходу, что делает версию с прозвищем от названия рыбки наиболее убедительной. Предки современных Шешуриных, скорее всего, были крестьянами или посадскими людьми, получившими фамилию по уличному прозвищу своего родоначальника.

Однокоренных фамилий в русском языке немного, и все они локальны: Шешуков (от «шешук» — тот же смысл), Шешенин. Это говорит о том, что слово не вошло в общенациональный литературный язык, а осталось в народной речи. Так что Шешурин — не столько «рыбная» или «шепелявая» фамилия, сколько точная региональная метка, указывающая на северное происхождение рода.